Военно-державный союз России
Национальный Центр Стратегического Управления

Исх. № 05 от 02 марта 2005 года

Российский ядерный потенциал под контролем… Пентагона?

Анализ ответа министра обороны РФ С.Б.Иванова
на открытое письмо Президенту РФ В.В. Путину по вопросам национальной безопасности России и предупреждения ядерного терроризма
19 января с.г. депутат Государственной Думы РФ, генерал-армии Родионов И.Н. вручил пакет документов министру обороны РФ Иванову С.Б., касающихся состояния безопасности в ядерной сфере, в том числе открытое обращение к Президенту РФ В.В.Путину генерала армии И.Н.Родионова, генерал-полковника Л.Г.Ивашова, заместителя Председателя Комитета Государственной Думы РФ по безопасности В.И.Илюхина и физика-ядерщика, доктора технических наук, депутата Государственной Думы 1995 - 2003 г.г., председателя Комиссии Государственной Думы по проблеме урановой сделки в 1997 году И.И.Никитчука по поводу чрезвычайной ситуации складывающейся в связи с введением в эксплуатацию первой очереди хранилища делящихся материалов (ХДМ) на ПО "Маяк" и так называемой урановой сделки Гор-Черномырдин (письмо опубликовано, в частности, в газете "Правда" №113 от 07.10.2004 г.).
25 февраля в адрес депутата Государственной Думы И.Н.Родионова поступил ответ от министра обороны С.Б.Иванова (№205/2628 от 19 февраля 2005 года), к которому были приложены также ответы Министерства обороны РФ в Генеральную прокуратуру по этому же вопросу (№205/13132 от 19 ноября 2004 года, №205/2900 от 3 марта 2004 года и 205/11848 от 30 ноября 2003 года, последние два ответа за подписью первого заместителя министра обороны, генерала армии А.Квашнина).

Анализ ответа и предоставленных документов позволяет сделать следующие выводы:

1. Министерство обороны на протяжении последних, по крайней мере, полутора лет, отвечая на многочисленные обращения различных инстанций по рассматриваемому вопросу, по существу переписывает один и тот же ответ, ссылаясь на соответствующие международные соглашения, при этом нисколько не задумываясь о том, не наносит ли реализация данных международных соглашений ущерб национальной безопасности России.
Сегодня уже ни для кого не секрет, что многие указы, постановления, законы, принятые в начале 90-х годов носили антиконституционный, противозаконный характер и если переоценка данных фактов происходит в области экономики, о чем свидетельствует доклад Счетной палаты по итогам приватизации, то тем более внимательно необходимо отнестись ко всему, что касается вопросов национальной безопасности, в том числе и международным соглашениям в этой области.
Например, проведенная в 2000 году независимыми экспертами юридическая экспертиза "Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Соединенных Штатов Америки об использовании высокообогащенного урана, извлеченного из ядерного оружия" от 18 февраля 1993 года, показала, что:
· Соглашение подписано и утверждено Правительством РФ с превышением его компетенции: нарушены нормы внутреннего российского права - подпункт 10 ст. 5 Закон РСФСР от 24.04.91 "О Президенте РСФСР и ст.ст.4,5,6 Закона РФ от 24.09.92 "Об обороне";
· Соглашение ни Верховным Советом, ни иным представительным органом государственной власти не ратифицировалось.
· Соглашение для России является необязательным, поскольку затрагивая нормы внутреннего права особо важного значения, подписано с нарушением компетенции;
· Соглашение исполняться Россией до 14 апреля 2000 года не могло, так как Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений был ратифицирован только 14 апреля 2000 года.
Таким образом, данное международное Соглашение можно охарактеризовать не иначе как сговор, за спиной высшей законодательной власти России, направленный на подрыв национальной безопасности и возможную подготовку акта международного ядерного терроризма со стороны США.

2. В ответе министра обороны имеются фактические ошибки недопустимые для документов такого уровня, так, например, утверждается, что согласно Соглашению "стороны обязуются переработать по 500 тонн ВОУ в НОУ для нужд атомной энергетики".
В тексте Соглашения речь идет о "переработке высокообогащенного урана (ВОУ), количество которого приблизительно оценивается в настоящее время в Российской Федерации в 500 метрических тонн со средним обогащением 90 процентов и более по изотопу урана-235, в низкообогащенный уран (НОУ) для использования в качестве топлива в энергетических атомных реакторах" (подпункт 1 ст. 1) и далее "закупке исполнительным органом Американской Стороны НОУ полученного из ВОУ путем переработки на установках в Российской Федерации и продажу такого НОУ для использования в коммерческих целях потребителям в Соединенных Штатах Америки…" (пункт 4, статьи 2).

Таким образом, ни о каком паритетном сокращении ядерных вооружений и переработке оружейного урана как американской, так и российской стороной речь изначально не шла. Это Соглашение предусматривало односторонние действия России для коммерческих нужд потребителей США. Трудно допустить, что министр обороны не знаком с текстом обсуждаемого Соглашения. Тогда мы имеем дело с сознательной дезинформацией.


3. В своем ответе министр обороны полностью проигнорировал вопрос количества продаваемого оружейного урана. В тексте Соглашения прямо сказано, что речь идет о 500 тоннах высокообогащенного урана
. На протяжении, по крайней мере, 10 последних лет, руководство Минатома и Минобороны, вопреки имеющимся фактам, убеждает общественность, манипулируя понятиями "оружейный уран", "высокообогащенный уран" и т.д., в том, что 500 тонн, это всего лишь незначительная часть российских запасов, от продажи которой наша безопасность никак не пострадает.
В марте 2004 года бывший министр Минатома В.Михайлов в статье "Путь ястреба" (Nuclear.Ru, 10.03.2004 г.) наконец-то публично признал: "Из тех 200 с небольшим тонн, которые мы извлекли из ядерных боеприпасов, 150 тонн - это украинские и казахстанские. И это составляет не более 40% нашего арсенала... Я считаю, сам Бог велел сейчас все это прекратить". Не нужно обладать большими знаниями в математике, чтобы определить, что 100% нашего арсенала составляет 500 тонн!!!
Таким образом, речь идет о продаже фактически всего нашего ядерного арсенала, в полном соответствии с международными соглашениями.

4. Примерно такая же картина складывается и по вопросу строительства и ввода в эксплуатацию хранилища делящихся материалов на ПО "Маяк". В настоящее время и Росатом, и Минобороны убеждают общественность, что на ПО "Маяк" планируется хранить всего лишь 25 тонн плутония.
Однако по проекту предусматривалось сосредоточить там более 500 тонн урана и около 70 тонн плутония. Данный проект и само строительство также осуществлялись в полном соответствии с международными соглашениями. Однако вполне очевидно, что в основу этих соглашений были заложены положения, наносящие ущерб национальной безопасности России: нигде в мире не сосредотачиваются такие объемы делящихся материалов в одном месте, нигде в мире их хранение не осуществляется в хранилищах наземного типа.
Первая очередь ХДМ на ПО "Маяк" введена в эксплуатацию. Она рассчитана на хранение 25 тыс. контейнеров. Однако для хранения 25 тонн плутония достаточно около 6 тыс. контейнеров. Что предполагается хранить в остальных 19 тысячах контейнерах? По достоверным данным (информационный бюллетень "Маякинфо", выпуск №9, май 1999 года), уже к 1999 году на ПО "Маяк" было завезено, изготовленных в США, свыше 20 тыс. контейнеров.

После всех этих фактов, найдется мало наивных людей способных поверить, что в хранилище, рассчитанном на более чем 500 тонн делящихся материалов теперь решено хранить всего лишь 1/20 их часть.

5. Последний важнейший аргумент, который министр обороны использует для подтверждения своей позиции, это ссылка на Управление государственного надзора за ядерной и радиационной безопасностью Министерства обороны РФ, на которое якобы возложены функции государственного надзора и которое не располагает сведениями о нарушении законодательства России при проектировании и строительстве РХДМ.
В нашем распоряжении имеется ответ Министерство обороны о 29 октября 1998 года в адрес Председателя Движения за ядерную безопасность Н.И.Мироновой, в котором сказано: "На исх. №927-98/МО от 27 сентября 1998 года сообщаю Вам, что в настоящее время строящееся хранилище делящихся материалов на производственном объединении "Маяк" не находится под государственным надзором Управления государственного надзора за ядерной и радиационной безопасностью Министерства обороны Российской Федерации. Специальные вопросы, поднимаемые в Вашем письме, находятся в ведении Министерства Российской Федерации по атомной энергии".
В ответе первого заместителя министра обороны, генерала армии А.Квашнина (исх.205/2900 от 3 марта 2004 года), также сообщается "федеральным органом исполнительной власти, ответственным за реализацию соглашений по вопросам проектирования и строительства ХДМ, является Минатом России, и данные вопросы находятся вне компетенции Минобороны России".
Руководитель Росатома А.Ю.Румянцев, в свою очередь, утверждает, что "Госатомнадзор России "к этой работе не привлекался. Как Вам известно, функции Госатомнадзора России по лицензированию и надзору в области ядерной и радиационной безопасности не распространяются на деятельность, связанную с обороной и ядерным оружием".

Так какая же все-таки организация осуществляла государственный надзор за строительством ХДМ на ПО "Маяк"? Из всех имеющихся у нас материалов следует один ответ: ПЕНТАГОН.

Из всего вышеизложенного можно сделать следующие выводы:
1. Министр обороны России С.Б.Иванов изначально ставит приоритет международных соглашений (точнее двухсторонних соглашений, поскольку все рассматриваемые соглашения заключены между Россией и США) выше приоритета национальной безопасности России. Это и есть подтверждением того, что Россия через руководителей исполнительной власти находится под внешним управлением, конкретно США.

2. Министр обороны России С.Б.Иванов утверждает, что "вопрос о целесообразности дальнейшего действия заключенных международных соглашений между Россией и США в данной области является политическим и находится вне компетенции Минобороны России". Министр обороны по своему статусу входит в Совет Безопасности и именно он должен информировать Президента РФ и ставить на самом высоком уровне политические вопросы, касающиеся национальной безопасности. Вместо этого, министр обороны С.Б.Иванов на протяжении длительного времени занимается дезинформацией общественности и высшего руководства страны.

3. По сути, министр обороны С.Б.Иванов осуществляет целенаправленную деятельность по информационному прикрытию планов США по "ядерной стерилизации" России путем лишения ее всех запасов оружейного урана и плутония (т.н. урановая сделка), либо уничтожения этих запасов, после их сосредоточения в хранилище на ПО "Маяк" (Челябинская область).

4. Данные действия должны квалифицироваться в соответствии со статьей 275 Уголовного Кодекса РФ "Государственная измена": "оказание помощи иностранному государству в проведении враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности Российской Федерации".

5. Кроме того, поскольку, заведомо ложная информация направлялась на протяжении длительного времени в ответ на обращения Государственной Думы и Генеральной прокуратуры, данные действия С.Б.Иванова подпадают под статью 287 УК РФ "предоставление заведомо неполной или ложной информации Государственной Думе РФ" пункт 2 "лицом, занимающим государственную должность" и пункт 3 деяния
а) сопряжены с сокрытием правонарушений, совершенных должностными лицами органов государственной власти;
б) совершены группой лиц по предварительному сговору или организованной группой",
а также под статью 294 УК РФ "воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования"
Используются технологии uCoz